В общем и целом ситуация — херовей некуда. Попал, как говорится, «наглушняк».

И тут открывается задняя дверь нашего «газенвагена» и в проеме, как deus ex machine, появляется Мишина голова. Он что‑то говорит сидящему слева от меня оперу, тот выходит наружу и через несколько минут вытаскивает меня. Совершенно спокойно, как гардеробщик, он расстегивает наручники, возвращает мне паспорт, кошелек, ключи и говорит:

— До свидания.

Я, в некоторой сомнамбуле, стою около машины, пока Мишка не берет меня за руку и не уводит. Мы возвращаемся в клуб, садимся за столик, он наливает мне виски и говорит:

— Все нормально, старичок, они просто перепутали. Ну, бывает всякое, расслабься.

— Сколько я тебе должен? — спрашиваю я.

— Брось, да все о'кей. Ничего не надо. Люди должны помогать друг другу.

— Откуда они взялись? Это же не облава плановая, я так понимаю?

— Старик, давай забудем, а? Проехали. Главное, что все вопросы решили.

— Нет, ну скажи, ну откуда они взялись? И очень интересно — где мой партнер? Куда это он сразу делся? А?

— Я прошу тебя, я тебя умоляю, — говорит он мне на ухо, обнимая меня. — Ну мало ли в жизни пидарасов? Ну, мы после разберемся и воздадим. Не ломай себе голову, мы уже все решили, о'кей?

— Миша, ну ты же понимаешь, что этот парень слился совершенно не случайно?

— Старик, это все уже случилось с тобой ВЧЕРА. Догоняешь? ВСЕ! ЭТО уже прошло! Завтра у тебя будет новый день. Будут новые эмоции, и все забудется. Я тебе рассказывал, как я, увлеченный одной девчонкой в Лос‑Анджелесе, поехал к ней домой и от волнения перепил и заснул в туалете? Я наутро думал, что жизнь закончена. Рассказывал или нет?